Об этнической консолидации армян Крыма

Владимир ГРИГОРЬЯНЦ

Сохранение этнической идентичности национальных меньшинств в условиях «наций-государств» является одной из самых болезненных и чреватых конфликтностью проблем современного мира. По мнению автора, предлагаемый в статье концептуальный подход к решению этой проблемы может быть использован как своеобразная «матрица» не только армянской, но и другими этническими общинами Крыма, находящимися в аналогичном положении.

Армянский народ переживает сейчас особую, критическую фазу своего развития. Армянская диаспора, включающая уже более двух третей нации, продолжает расти. В условиях иноэтничного окружения она неизбежно вовлекается в процессы этнической трансформации, а также — в той или иной мере — в языковую и культурную ассимиляцию, постепенно утрачивая национальное самосознание. Для диаспоральных этнических групп с низким «этническим иммунитетом», т.е. диаспор, не защищенных специальным механизмом противодействия ассимиляции, конечным результатом этого процесса обычно оказывается «этническая смерть» — полное растворение в «плавильных котлах» других этносов.

Единственным средством противодействия губительной тенденции является этническая консолидация — способность этнической группы объединяться в рамках единой общины, сохранять национальный облик, быт, традиции и нравы, родной язык, веру, историю и культуру. При этом наличие благоприятных политико-правовых и социально-экономических условий автоматически отнюдь не обеспечивает сохранение национальной группы. Это происходит только там, где диаспора пассионарна и способна преодолеть разлагающий ее изнутри эгоцентризм, подчинив его общенациональной идее. Сцементированная в жизнеспособные национальные общины, такая диаспора становится не только своеобразным гарантом сохранения нации в условиях иноэтничного окружения, но и частью мирового армянства, активно участвующего в судьбах своей исторической родины. История и современная деятельность армянских общин США, Франции, России, Ирана, Ливана, Сирии, Аргентины, Австралии, Бразилии, Болгарии, Греции, Великобритании и других стран наглядно свидетельствуют об этом.

Перед армянской общиной Крыма эта проблема стоит особенно остро. Крым — первая и одна из самых древних земель армянской колонизации. По сей день здесь сохранилось множество уникальных памятников материальной и духовной культуры армянского народа. Крымское армянство еще в раннем средневековье играло значимую роль в развитии взаимоотношений Армении с Польшей, Россией, Украиной и славянским миром в целом. Во времена генуэзцев, Крымского ханства и даже после установления турецкого господства армяне оставались достаточно многочисленной и весьма влиятельной в экономическом и культурном планах этнической группой. Тесно связанные с Западом и Востоком, они и в Крыму играли роль посредников в цивилизационных межэтнических контактах. Эта роль не была утрачена армянской общиной Крыма и после присоединения полуострова к Российской империи. В годы советской власти крымские армяне оставались одним из наиболее «уживчивых» национальных меньшинств Крыма, сохраняя одинаково добрые отношения с русскими, украинцами, крымскими татарами, евреями, греками, немцами, болгарами и другими этническими группами населения. Однако в 1944 году многовековая история крымской армянской общины была прервана насильственной депортацией.

Возрождение национальной жизни армян в Крыму началось в конце 1980-х годов на патриотической волне, вызванной трагическими последствиями землетрясения в Армении и борьбой Нагорного Карабаха за свое самоопределение. С начала 1990-х годов вопрос о возвращении крымских армян становится одним из главных в деятельности новообразованного Крымского армянского общества (КАО). Это, несомненно, способствовало процессу этнической консолидации и развитию национально-культурной жизни местной армянской общины, но в то же время привело к необоснованным, на наш взгляд, представлениям о том, что все насущные задачи общины могут быть решены в рамках государственной программы репатриации депортированных граждан.

Между тем, государственное финансирование программ, связанных с возрождением этнических групп, как это имеет место в Крыму, является, в сущности, исключительной мерой и не может рассматриваться как достаточно надежная и долговременная основа жизнедеятельности армянской национальной общины по ряду причин:

1) государственная программа предусматривает решение конкретных вопросов возвращения и социальной адаптации армян и их потомков, депортированных из Крыма в 1944 году, что составляет хотя и важную, но лишь часть проблемы возрождения жизнеспособной армянской общины;

2) указанная государственная программа в отношении депортированных армян (а также болгар, греков и немцев) слабо разработана в концептуальном отношении и практически сорвана, если учесть, что за 10 лет ее реализации количество репатриированных армян не достигло и 3% от числа армян, депортированных в 1944 году;

3) армянское население Крыма, по официальным оценкам, составляет сейчас около 5 тысяч человек, имеющих постоянную прописку. На самом деле численность армянской общины, несомненно, больше. Учитывая постоянный дефицит финансирования, совершенно очевидно, что государственная программа помощи депортированным не способна удовлетворить хотя бы минимальные потребности общины в целом даже в части национально-культурных запросов;

4) практика целенаправленной финансовой помощи национальным группам со стороны государства является скорее исключением, чем правилом. Обычно демократическое государство ограничивается созданием политико-правовых условий для их нормального существования и развития. При этом цели государства и коренные интересы национального меньшинства не всегда и не обязательно совпадают.

Таким образом, сейчас нам необходима основа, более надежная в финансовом отношении и более независимая в плане выбора приоритетных целей. Как показывает исторический и современный опыт армянской диаспоры, такой основой может быть только режим самофинансирования.

Переход общины на режим самофинансирования необходим не только для достижения ею реальной самостоятельности и экономической независимости от государственных и прочих внешних программ, но и для того, чтобы освободиться от гипертрофированного влияния частных лиц — крупных жертвователей и высоких чиновников-распорядителей, которые, используя имеющиеся в их руках финансовые и административные рычаги, как правило, стремятся превратить национальную общину в авторитарную организацию, реализующую их собственные, часто узкоэгоистические интересы.

Только экономическая независимость и финансовая самостоятельность (самодостаточность) общины может обеспечить преобладание общенациональных задач над частными интересами отдельных ее членов, привести к резкому повышению авторитета общины, привязать к ней основную массу местного армянства. Следовательно, задача заключается в том, чтобы определить возможные источники самофинансирования и выстроить оптимальную модель их функционирования.

Традиционные источники самофинансирования армянских общин диаспоры делятся на три основных типа: 1) членские взносы; 2) пожертвования; 3) собственность общины; причем каждый из этих источников играет особую роль в процессе этнической консолидации и укреплении жизнеспособности общины. Попытаемся в этом разобраться.

Согласно действующему Уставу КАО, все его члены должны уплачивать взносы, размер которых определяется городскими и районными отделениями общества. На самом же деле они не уплачиваются вовсе, поскольку КАО не имеет какой-либо системы регистрации своих членов, не говоря уж о продуманном порядке уплаты ими взносов. Это крайне негативный факт, оказывающий разрушающее воздействие на процесс национальной консолидации. И дело здесь даже не в финансовой стороне, поскольку нигде и никогда жизнедеятельность общины не обеспечивалась в достаточной мере только членскими взносами, но, прежде всего, в том моральном ущербе, который наносится престижу общины как таковой: ведь неуплата членских взносов — это свидетельство формального характера самой общины. Строжайшая дисциплина уплаты членских взносов должна стать непременным условием действительного членства в общине.

Учитывая исторический и современный опыт армянских колоний, представляется целесообразным ввести дифференцированную систему уплаты членских взносов в размере, например, 1 процента от величины чистого дохода каждого дееспособного (достигшего совершеннолетия и имеющего самостоятельный источник дохода) члена общины. От уплаты членских взносов должны быть освобождены члены общины: (а) не имеющие источника дохода; (б) с доходом ниже прожиточного минимума; (в) находящиеся под опекой или на иждивении; (г) совершеннолетние учащиеся средних специальных и высших учебных заведений, аспиранты, стажеры и т.д.

На наш взгляд, преимущество дифференцированной системы уплаты членских взносов по сравнению с обычной (уравнительной) заключается в том, что она, не отказывая в реальном членстве ни одной из социальных групп, в то же время дает возможность четко зафиксировать различия в размерах индивидуального вклада каждого в общенациональное дело, как бы вводит «шкалу социальной авторитетности». Это несомненно способствует формированию внутренней субординации и усложнению этносоциальной структуры общины, что является верным признаком ее устойчивости и жизнеспособности (ведь, как показали этнологические исследования Льва Гумилева, простые структуры неустойчивы и стремятся к самораспаду).

Другим традиционным источником финансирования национальной общины являются пожертвования. Они могут поступать от частных лиц или организаций, единовременно или регулярно, в виде денежных средств или любого другого движимого и недвижимого имущества, включая дарения и завещания. Как известно, в свое время некоторые организации Армении и Крыма оказывали существенную финансовую поддержку Крымскому армянскому обществу, а ряд местных предпринимателей из армян и по сей день продолжают помогать общине. В то же время не секрет, что подавляющая масса наших «деловых людей», что называется, «и ухом не ведут», когда речь заходит о нуждах общины, и вспоминают о ней лишь тогда, когда нужно решить с ее помощью собственные проблемы.

Конечно, от нарождающейся армянской буржуазии трудно пока ждать помощи в масштабах, имевших место в дореволюционной России или имеющих в настоящее время место в западной армянской диаспоре. Процесс возрождения национальной жизни постсоветской армянской диаспоры находится на начальной стадии. Главная движущая сила этого процесса — класс армянских предпринимателей — только формируется, и необходимость этнической консолидации пока не осознана им в полной мере.

;Тем большее значение приобретает способность руководства общины мобилизовать эту экономически активную, конкурентоспособную и, в конечном счете, определяющую по своей социальной роли группу, вокруг которой, как свидетельствует опыт, неизбежно сплачиваются и другие слои армянского общества — духовенство, интеллигенция, рабочие, служащие, молодежь.

Третий и главный источник самофинансирования составляет собственность общины: принадлежащие ей недвижимость, финансовые средства, предприятия и прочие приносящие доход заведения. Формы образования собственности общины и последующего ее использования могут быть самыми разными: это дарения частных лиц и организаций, создание совместных предприятий с долевым участием общины и иных юридических лиц, акционерные предприятия, принадлежащие членам общины с обязательным отчислением части дохода в пользу последней, финансово-кредитные учреждения, издательская деятельность и т.д.

Как источник самофинансирования, принадлежащая общине собственность по своему характеру принципиально отличается от двух ранее выделенных типов (членских взносов и пожертвований). Если последние в известном смысле определяют и закрепляют зависимость общины от отдельных ее членов, то собственность, принадлежащая общине, напротив, устанавливает диаметрально противоположную зависимость преимущественно рядовых членов (т.е. основной массы армянства) от самой общины. Совершенно очевидно, что только этот источник самофинансирования способен:

1) создать экономическую основу принятия независимых коллегиальных решений, подчиняющих эгоистические интересы отдельных лиц задачам национальной консолидации;

2) создать действительно прочную, основанную на принципе саморазвития финансовую и материально-техническую основу жизнедеятельности национальной общины;

3) резко расширить финансовые, а следовательно, и прочие возможности общины и таким образом поднять ее авторитет, прочно привязав к ней основную массу местного армянства;

4) решительно ускорить процесс социальной консолидации армянского предпринимательского класса и таким образом умножить его экономическое и политическое влияние и возможности;

и, наконец,

5) вывести армянскую национальную общину Крыма из состояния прострации, в котором она пребывает вот уже несколько лет, и превратить ее в реального, влиятельного субъекта межэтнических отношений, пользующегося заслуженным уважением государства и общества, как это традиционно имеет место в зарубежной армянской диаспоре.

«ОК», №2(8), 2000 г.