Расставание с иллюзиями

Александр ФОРМАНЧУК

Проблема обретения Крымом автономии породила немало иллюзий, оказавших существенное влияние на развитие ситуации. Порой трудно отличить эти иллюзии от искренних заблуждений или преднамеренного умысла политиков разных мастей.

Сегодня не лишним будет вспомнить, что сама идея воссоздания в Крыму автономии возникла неожиданно. Можно без преувеличения сказать, что ее «привезли» с собой возвращающиеся на полуостров из мест депортации крымские татары. После того, как в 1989 году Союзный парламент принял закон, осуждающий акцию депортации, процесс их возвращения стал массовым, но неорганизованным: слабеющий Центр не успевал обеспечивать его ни правовыми, ни материальными ресурсами. Вот тогда на митингах и вывешенных на домах транспарантах и появились требования воссоздания Крымской АССР. В исторической памяти крымскотатарского народа эта автономная республика осталась как его собственная, национальная.

Таким образом родилась первая иллюзия, всплывшая из гарантированного представительства крымских татар в органах власти Крымской АССР в довоенный период. Да, так и было, но гарантию эту обеспечивала правящая коммунистическая партия, по разнарядкам которой избирались депутаты советов всех уровней, о чем сегодня не очень-то любят вспоминать.

Крымские татары выдвигали требование воссоздания Крымской АССР в надежде, что будет издан соответствующий указ «сверху», как бывало всегда. Но «верхи» стали уже совсем другими, и крымское руководство нашло нестандартное решение, которое соответствовало требованиям времени: Крымская АССР было воссоздана путем референдума.

Возникла принципиально новая правовая ситуация, открывавшая широкие перспективы дружеской совместной работы по дальнейшему становлению автономии всех представленных в Крыму национальностей. Так бы оно, скорее всего, и получилось, если бы не развал Советского Союза.

Распад СССР изменил ход развития крымской ситуации. Неокрепшая крымская автономия в любой момент могла прекратить свое существование. И в том, что этого не произошло, прежде всего — заслуга Николая Васильевича Багрова и большей части депутатов Верховного Совета Крыма, который он в то критическое время возглавлял. Безусловными достижениями ВС Крыма 1990-94 гг. являются:

— принятие Конституции Республики Крым;

— подготовка договора о разграничении полномочий между центральными органами управления Украины и автономии;

— работа в режиме постоянного диалога с крымскими татарами по решению их проблем.

В решении сложнейших вопросов Николай Багров проявил себя настоящим мастером компромиссов. Только так можно было сохранять автономию и заложить прочный фундамент ее будущего. Чего стоит одно решение о квоте представительства крымских татар, армян, болгар, греков и немцев в ВС Крыма. Сколько за это ругали Багрова и его сторонников, но, тем не менее, время подтвердило обоснованность подобного хода. Мы не будем говорить сегодня об эффективности работы группы крымскотатарских депутатов — в этом не только их вина, но и беда всего Верховного Совета Крыма того времени.

Логику поступательного становления крымской автономии нарушили иллюзии «новых» крымских политиков, пришедших к власти на авантюристических лозунгах и дешевом популизме. Несостоявшийся президент Мешков и обанкротившийся депутатский блок «Россия» успешно дискредитировали так называемую «российскую идею» и тем самым похоронили еще одну массовую иллюзию — о «мирном переходе» автономии под крыло Российской Федерации.

При этом они разрушили еще одну распространенную иллюзию: доступности власти для каждого желающего. Оказавшись неспособными решать серьезные государственные проблемы, депутаты ВС Крыма прошлого созыва (1994-98) превратили этот орган в арену политической борьбы за высшие должности в автономии. Каждая из противоборствующих группировок, по сути дела, хотела приватизировать власть в Крыму. Пожалуй, это самая большая иллюзия, которую пережила Крымская автономия.

Официальный Киев, однако, сумел проявить политическую волю и очистил полуостров от «приватизаторов», чем и была развеяна еще одна иллюзия, характерная для постсоветского периода: возможность монополизации власти одной из политических сил или группировок.

По мере утраты перечисленных иллюзий автономия в Крыму становилась все более призрачной и, в конце концов, превратилась в простую формальность. Похоже, что центр это устраивало, и там терпеливо ждали, когда в Крыму появятся политические силы, способные руководствоваться в своих действиях реалиями, а не воспаленным воображением. И дождались...

Итоги очередных парламентских выборов коренным образом изменили расстановку политических сил в автономии. Получившие пропуск во власть коммунисты Крыма, народно-демократическая, аграрная партия и партия «Союз» довольно быстро пришли к компромиссу и сумели создать правящую коалицию, получившую название левоцентристского блока. Казалось, уроки утраченных иллюзий пошли на пользу.

Последующие события вроде бы подтверждали этот вывод. Форсированными темпами, хотя и не без мелких стычек, участниками коалиции был разработан и принят новый вариант конституции АРК и таким образом заложен фундамент политической стабилизации в автономии. Было восстановлено управление в органах исполнительной власти. Все шло гладко.

И вдруг... опять напомнили о себе неугомонные крымские татары. Как бы ни стремилось сегодня новое крымское руководство свести очередную волну протеста крымских татар до уровня мероприятий по случаю 55-летия со дня депортации, ситуация выглядит гораздо сложнее и драматичнее. Прежде всего, крымские татары пытаются доказать, что построить благополучную и процветающую автономию в Крыму без их участия невозможно, и тем самым разрушают еще одну иллюзию прошлых лет.

Нетрудно заметить, что формы и методы действий крымских татар за последние годы существенно изменились: они явно стали разнообразнее и организованнее. Им удалось привлечь внимание довольно широких международных кругов, что свидетельствует об интернационализации проблемы. После принятия Конституции АРК акции протеста крымских татар участились и становятся все более массовыми, а вот методы и подходы к проблеме руководства Крыма остаются на уровне 1991 года.

Вновь звучат разговоры о незаконности действий незарегистрированного меджлиса, без обсуждения отвергаются все его требования. Более того, в противовес меджлису при Верховной Раде Крыма создан Совет аксакалов, что способно усилить напряжение в крымскотатарской среде. Похоже, срабатывает желание вновь воспользоваться старым имперским принципом «Разделяй и властвуй». Однако реальная альтернатива меджлису может сформироваться не по «заказу» властей, но лишь в том случае, если политические принципы и действия этого самодеятельного органа не разделит большинство крымских татар. И здесь не все столь однозначно и безоблачно, как это пытается показать сам меджлис.

Анализ региональных конфликтов на постсоветском пространстве говорит о том, что их разрешение всегда гораздо продуктивнее начинать именно с экономики. Однако для этого нужно создать определенную систему, а не ограничиваться разовыми инъекциями и выбиванием средств из Киева. Такая система в Крыму до сих пор не создана. Причин немало — как объективных, так и субъективных. Одна из них кроется в невысокой эффективности работы Республиканского комитета по делам национальностей, превратившегося в «контору» по разбору жалоб и дележу скудных государственных средств на обустройство депортированных. Комитет находится под постоянным прессом меджлиса, с одной стороны, и контрольных государственных органов — с другой.

Сегодня с горечью приходится говорить о том, что на протяжении восьми с лишним лет в автономии так и не удалось сформировать и внедрить хотя бы основные концептуальные подходы к проведению собственной национальной политики. Если учесть, что стабильность в Крыму в очень высокой степени зависит от геополитических процессов в мире, то становится совершенно понятной цена такой политики.

Уже одно то обстоятельство, что 70% проживающих в Крыму русских после распада СССР в одночасье стали национальным меньшинством в Украине, всегда будет требовать к себе особого внимания. А постановка крымскими татарами вопроса о «коренном народе» вызывала и еще долго будет провоцировать ожесточенные споры. Решать эти вопросы на уровне дилетантов от политики становится все более опасным. Только широкий диалог властных структур со всеми участниками межнациональных процессов способен оптимизировать эти отношения и не допустить прямого конфликта. Тот же анализ региональных конфликтов на постсоветском пространстве показывает, что они быстрее и успешнее разрешаются там, где власть первой делает шаг навстречу конфликтующей стороне: упрямство власти приводит к плачевным результатам.

Диалог способен ускорить процесс формирования собственной региональной политической элиты, которая обеспечит баланс интересов в обществе. Сегодня в Крыму весьма ограничен круг политических и общественных организаций, сотрудничающих с властью. Сама же власть тщательно отбирает их по принципу лояльности, но это чревато тем, что крымская автономия пойдет по пути создания авторитарно-номенклатурного режима, как это уже случилось в отдельных автономных образованиях Российской Федерации.

Справедливости ради отметим, что для плодотворного диалога необходимо не только желание власти, но и тех, кто ведет с ней борьбу. Однако пока, похоже, меджлис лишь нагнетает конфронтацию, возможно, надеясь таким образом сохранить ослабевающее влияние среди крымских татар. Заметно его стремление монополизировать право возглавлять борьбу крымскотатарского народа. Очевидно, другие общественные организации и движения имеют равное право на собственное видение путей решения крымскотатарской проблемы. Так, руководство Украины и Крыма почему-то упорно не замечает инициатив и предложений Национального движения крымских татар (НДКТ), имеющего глубокие истоки. Между тем, НДКТ сумело выстоять после трагической гибели признанного лидера организации Юрия Османова и продолжает развивать традиции борьбы крымских татар за свои политические и экономические права. Важно отметить, что НДКТ не замыкается в узкой национальной оболочке и придерживается комплексного подхода в решении проблем своего народа, с учетом интересов всех национальных групп, представленных в Автономной республике Крым.

Стремление «монополизировать право ведения борьбы» характерно не только для крымских татар. К примеру, Русская община Крыма (Владимир Терехов, Сергей Цеков и др.) вряд ли является выразителем интересов абсолютного большинства проживающих в автономии русских.

Великий Черчилль однажды метко заметил: «Затеяв спор настоящего с прошлым, мы обнаружим, что потеряли будущее». Сегодняшние проблемы нельзя решать только для того, чтобы свести счеты с прошлым, особенно в отношениях между народами. Истинный политик может использовать прошлое лишь в качестве полезного урока для настоящего.

Пока же складывается впечатление, что уроки не пошли впрок нынешним крымским политикам, о чем свидетельствуют и предупреждения об опасности развития крымской ситуации по «косовскому варианту». Такие высказывания не то, что недопустимы, — их можно расценивать как прямое подстрекательство к конфликту. К сожалению, подобные вольности сегодня допускают как отдельные представители крымских властей, так и горячие ораторы из числа крымских татар.

Крымскотатарскую карту сегодня стремятся разыграть разные, порой совершенно полярные политические силы — от коммунистов до Народного Руха. Складывается впечатление, что меджлис пытается подыгрывать некоторым из них в расчете на узкокорпоративные политические выгоды. Можно только догадываться, какая гремучая политическая смесь получится в результате таких стихийных предвыборных комбинаций.

До сих пор руководство Украины не смогло выработать четкой и последовательной политики в отношении «собственной автономии». Чаще всего она сводилась к ситуативной реакции Киева на те или иные эскизы крымских политиков. Обе стороны так и не усвоили ту прописную истину, что слабая автономия является признаком слабого государства. Формула эта, однако, может иметь и противоположный смысл. Для этого нужно лишь не бояться предоставить автономии реальные права и полномочия, а не пытаться «приручить» ее, играя в том числе и на национальных проблемах.

Хотя пессимисты утверждают, что по мере того, как одни иллюзии покидают нас, время добродушно заменяет их другими, — попробуем оставаться оптимистами...

«ОК», №4
май-июнь 1999 г.